Одиссея «Герл Пат»

Герл Пат
Герл Пат

1-го апреля 1936 г. малый дизельный траулер «Герл Пат» водоизмещением 19 т, как обычно вышел из Гримсби (Англия) на промысел. Экипаж состоял из пяти человек: шкипера Джорджа Орсборна, боцмана Гарри Стоуна, матросов Гектора Харриса и Ховарда Стефенса (по прозвищу Рыжий) и механика Джеферсона — педанта и труса. Когда уже вышли в море, на палубе появился шестой — тайком забравшийся на судно любитель приключений младший брат шкипера Джим.

Надо сказать, шкиперу Орсборну давно опротивело изо дня в день делать одно и то же, работая на хозяев в холодном и пасмурном Северном море. А тут еще первые два замета трала оказались неудачными, промучились несколько часов — и напрасно. Вот тогда ему и пришла в голову счастливая мысль отправиться на траулере путешествовать — «куда угодно, хоть вокруг света». Вечером начался шторм, и пришлось отстаиваться в Дувре. Шкипер рассказал команде о своей идее, и четверо дружно заявили, что она им нравится. Чтобы избавиться от механика, пришлось его хорошенько напоить в ближайшем кабаке, да там и оставить.

Ночью, несмотря на сильный шторм с проливным дождем, вышли в море и взяли курс не в район промысла, а на запад, в Атлантику, В кармане старого пальто шкипер обнаружил 6-пенсовый школьный атлас своего сына. Развернув его на большой карте, где весь мир поместился на двух страницах, он читал экзотические названия далеких стран и городов.

Несколько слов о Джордже Орсборне — главном герое этого рассказа. Сын моряка, он впервые вышел в море 15-летним юношей, а в 21 год, сдав соответствующие экзамены, стал самым молодым шкипером в Гримсби. Увлекался боксом. Всегда любил рискованные предприятия. Так, однажды в период весенних штормов (март месяц) он в одиночку совершил 8-дневный переход из Аллапула на западном побережье Шотландии в Гримсби на открытой 6-метровой шлюпке. Остается только  добавить, что площадь паруса на его шлюпке была чуть ли не вдвое больше нормальной!

Утром оказались у Нормандских островов. Укрыться от непогоды не удалось, пришлось уходить дальше в море. Руководствуясь все тем же детским атласом, обогнули берега Бретани и взяли курс на мыс Финистерре. Маленькое суденышко выделывало самые невероятные акробатические трюки на огромных волнах бушующего Бискайского залива, в то время как многие большие суда терпели бедствие. Так прошли три дня. Утром на четвертый день увидели землю.

В маленькой испанской рыбачьей деревушке (оказалось, что она была всего в 18 милях от мыса Финистерре!) никто не понимал по-английски, но встретили радушно, напихали полные карманы сигарет и даже отказались взять деньги. На следующий день, 12 апреля, «Герл Пат» вошла в испанский порт Коркубион по другую сторону мыса. На причале траулер встретила толпа горланивших испанцев. Больше всех кричали и суетились какие-то типы в опереточной форме. Самый шумный из них просмотрел судовые документы (держа вверх ногами), затем судно обыскали, но ничего предосудительного не нашли и удалились.

Здесь путешественники впервые узнали, какой шум поднят по поводу их исчезновения. Газеты называли «Герл Пат» пиратским кораблем, а Орсборна — «корсаром XX века». Оказывается, за ними уже охотились морские власти и полиция пяти государств! Друзья весело провели в Коркубионе 8 дней. Агент Ллойда по требованию капитана обеспечил ремонт машины, пополнил судовые запасы и даже выдал 1000 песет на личные расходы (по существующим правилам, все счета были посланы в Англию официальным владельцам судна). В последний день устроили заключительный обход всех питейных заведений и трогательно распрощались с толпой новых приятелей.

Дальнейшее плавание на юг было спокойным и приятным. Ели, спали, играли в карты и пели песни. Иногда шкипер изучал свой атлас. На седьмой день увидели два маленьких скалистых островка, которые, вероятно, относились к группе Канарских. Высадились на один из них, но он оказался совершенно необитаемым. Не было ни деревьев, ни животных, кроме крабов, ящериц и морских птиц. Решили перекрасить свое судно. Поработав целый день, из серого с красным сделали его белым и нарядным. Пошили дополнительные паруса на случай, если не будет горючего.

Следующий выход на берег (на о. Тенерифе) был ознаменован грандиозной дракой. Когда под утро, после весело проведенной в местном кафе ночи, Орсборн потребовал счет, хозяин насчитал астрономическую цифру. Пришлось его в конце концов нокаутировать. Англичане медленно отступали к шлюпке, сопровождаемые толпой испанцев.   Попутно   изловили   пару кур,  а матрос Харрис пытался заарканить корову, чтобы отбуксировать ее в море и переделать на бифштексы, но был слишком пьян и запутался в своем лассо. Прощальные гудки «Герл Пат» были ответом на громкую ругань и угрозы с берега.

Чтобы посмотреть Сахару, повернули на восток, к Африке. Спешить было некуда, поэтому шли под парусами. На четвертый день высадились на низкий плоский берег. Было очень жарко; кругом только песок, страшное однообразие и мертвая тишина. Наутро прибыли в Капо-Бланко в испанской колонии Рио-де-Оро. Здешний продавец солдатской лавки — рослый сержант — оказался таким же недобросовестным, как и его собрат в Тенерифе. За закупленные продукты, вино и безвкусное теплое пойло, именуемое пивом, он потребовал 170 песет вместо 70. Но Джордж Орсборн не зря выступал когда-то на ринге против профессионалов. Четверо английских моряков обратили в бегство испанский легион!

Следующим пунктом захода был Порт-Энтин. Это была уже французская территория, и солдаты французского легиона понравились англичанам гораздо больше, чем испанские легионеры. Общим вниманием здесь пользовался молодой Ховард. Все три дня местные красавицы буквально преследовали его, стараясь потрогать рыжую шевелюру. Здесь же встретили и настоящую экзотику: видели караван верблюдов и живого шейха.

На следующий день после выхода в море, милях в 60 от берега, совершенно неожиданно сели на мель. Три дня прошли без сна и пищи в напряженной работе при изнуряющей жаре. Был момент, когда, отчаявшись, уже хотели было покинуть судно, но в конце концов все-таки удалось стащить его на глубокую воду. Совершенно обессилевшие вернулись в Порт-Энтин и только здесь узнали про песчаные банки Аргвин — одно из крупнейших в мире корабельных кладбищ. Недавно на этих мелях погиб французский военный корабль со всей командой из 300 человек! Считалось, что ни одно судно не спаслось оттуда, поэтому на англичан смотрели теперь, как на выходцев с того света.

Они снова провели два дня в Порт-Энтине. Между прочим, во время посещения туземной деревушки они встретили колдуна, который хвастал, что может взглядом убить человека, льва или любое другое животное. Он продемонстрировал свои возможности на привязанной поблизости козе, после чего потребовал за сеанс 25 франков.

Вернувшись на судно, решили идти в Дакар. На этот раз предательские песчаные банки обошли мористее. Перед входом в гавань на судно прибыл лоцман и отвел «Герл Пат» к причалу. Затем явились врач, таможенники и еще какие-то люди, однако все обычные формальности прошли без всяких осложнений.

Дакар — большой порт. Осмотр города завершился посещением притона «Китайское кафе» (он же «Американский бар») и местного кинотеатра, где уже семь лет бессменно шла одна и та же картина о похождениях Тарзана. Конечно же, не обошлось без драки. Пришлось отходить от причала, так как появилась толпа разъяренных туземцев, желавших рассчитаться за разбитую физиономию. Утром перешли к нефтебазе, куда туземцев не пускали. Но здесь ожидала неприятность похуже: на машине прибыли какой-то англичанин и французский чиновник. Они потребовали у шкипера судовые документы и заявили, что его судно не должно выходить из гавани. Орсборн не возражал, но схитрил и документы не отдал, сказав, что они находятся у агента по снабжению, и заявил, что сегодня ему нужно испытать машину после ремонта, чтобы рассчитаться с портовым механиком. Это ему разрешили и уехали, предупредив, что явятся за бумагами в 2 часа дня.

Гарри Стоун в Дакаре забрал свои вещи и сошел на берег, жалуясь на здоровье. Оставшиеся четверо собрались в каюте обсудить создавшееся положение. За провизией надо было снова идти к тому причалу, где размахивали кулаками и палками туземцы, а задержка грозила арестом. Решили срочно уходить и добираться до островов Зеленого Мыса, там пополнить запасы продовольствия и потом идти дальше на запад, через океан, в Британскую Гвиану. Собственно, Гвиана была выбрана только потому, что Джордж Орсборн захотел посмотреть ее столицу Джорджтаун, названную «его именем». Произвели перепись имеющейся провизии. Ее было очень мало: 30 фунтов картофеля, фунт фасоли, полтора фунта хлеба, банка говядины, два фунта кофе, одна пачка сахару, банка молока, жестянка чая, 10 фунтов соли и пряности. До островов Зеленого Мыса, на 400 миль пути, этого должно было хватить. Сигарет было много.

Когда закончилась приемка горючего, траулер отшвартовался и медленно двинулся «на испытания». Спокойно прошли мимо стоявших у выхода из гавани гидроплана и трех миноносцев и, укрывшись за островком, застопорили машину. Быстро достали из трюма приготовленные заранее доски и за несколько минут соорудили (и даже покрасили!) фальшивые нос и корму, чтобы изменить внешний вид судна. Теперь с поднятыми парусами «Герл Пат» была больше похожа на прогулочную яхту, чем на рыболовное судно. Дав полный ход, вышли в море и повернули на юг, чтобы сбить с толку погоню. Все это было сделано ненапрасно. Через полчаса со стороны Дакара появился тот самый гидроплан, мимо которого они проскользнули. Летчик пролетел над «Герл Пат», не узнав их. Когда же гидроплан исчез, Орсборн повернул на запад, и скоро берег Африки скрылся из виду. Побег удался.

По расчетам плавание должно было продолжаться 3—4 дня, но вышло иначе. Ночью налетел шторм такой силы, что удерживать судно на курсе было невозможно. Покрытые пеной волны вздымались выше мачт. Освещаемый вспышками молний траулер швыряло, как щепку. К утру немного утихло. Вскрыли единственную банку говядины, разделили хлеб на четверых и впервые после Дакара поели. На следующую ночь снова начался ужасный шторм…

Наконец ветер изменился, и волнение стихло. Осмотр судна показал, что ни корпус, ни машина не пострадали (конечно, декоративные сооружения на носу и на корме были снесены). Приготовили жидкий суп из картошки с фасолью, щедро сдобренный перцем и солью. Чтобы не думать о еде, старались заняться работой. Так прошли еще сутки.

Судно шло все дальше и дальшеа островов не было. И тут выяснилась ужасная истина: штормовые ночи сбили «Герл Пат» с курса, судно прошло мимо островов и теперь затерялось в открытом океане где-то в стороне от судоходных путей. Без карт и инструментов определиться было нельзя, но было ясно одно, что до Америки около 1500 миль, т. е. не менее 9 дней плавания. А из провизии оставалось всего несколько картофелин и кружки две бобов. Это означало голод. И все же решили идти вперед!

Для экономии горючего сбавили ход и подняли паруса. Скоро было съедено все дочиста: кофе с перцем, таблетки из аптечки, заплесневелый горох, найденный под настилом. Пробовали варить бумагу. У штурвала пришлось сделать скамеечку, так как рулевой от слабости не мог стоять. Голые, обожженные солнцем люди с воспаленными глазами на осунувшихся бородатых лицах туго затянули тощие животы поясами. Через несколько дней уже никто не мог держаться на ногах. Ползали по палубе на четвереньках. Руки и колени были черными от расплавившейся в пазах смолы. В довершение всех бед кончились сигареты. Пресная вода протухла.

Как-то утром нашли на палубе трех маленьких летучих рыбок. Когда их набралось 12 штук, сварили суп, но насытиться им не удалось. От нечего делать без конца играли в карты, следя чтобы никто не уснул. Боялись, что уснувший не проснется. Обреченное судно сопровождали акулы. . .

На 12-й день плавания перед рассветом увидели впереди огни какого-то судна. Все оживились. Чтобы привлечь внимание, вытащили на палубу матрац, облили его керосином и подожгли. Когда    рассвело,   подняли английский флаг и сигнал бедствия. Американский лайнер остановился в четверти мили. Истощенные люди нашли в себе силы спустить шлюпку, перелезть в нее и грести. Когда шлюпка подошла к высокому борту лайнера, его капитан заявил, что они не имеют права останавливать судно, находясь всего в 60 милях от берега. Вместо помощи голодным людям, он начал выяснять, кто они и откуда, есть ли у них деньги и почему они очутились без провизии. Зная, что везде известно о пропавшей «Герл Пат», на вопрос о названии судна Орсборн ответил: «Маргарет Гарольд» из Гибралтара». Однако американец по справочнику Ллойда быстро установил, что такого судна не существует, и потребовал привезти ему судовые документы. Орсборну оставалось только как можно спокойнее сказать, что он сожалеет о времени, потраченном зря на разговоры.

Долго добирались обратно. Втащив шлюпку, с полчаса обессиленные лежали на палубе, затем с трудом подняли паруса и опять пошли на запад. Скоро цвет воды изменился: из темно-синей она стала серовато-зеленой. Попробовали ловить акул, которые постоянно кружили вокруг судна. Едва опустили крючок, его сразу схватила большая акула, которая наверняка стащила бы всех четверых за борт, если бы они вовремя не выпустили линь. ..

На 16-й день плавания неожиданно увидели землю. Капитан лайнера сказал, что до берега 60 миль, а по расчетам Орсборна с тех пор прошли не более 40 миль, так как ветер был очень слабым. Земля оказалась островом. Навстречу вышла шлюпка, в которой, кроме гребцов, сидели три человека в нарядной форме с большими револьверами на поясах. Узнав, что на судне англичане, страдающие от голода, старший (как потом оказалось — врач) что-то скомандовал по-французски, и шлюпка понеслась обратно к берегу. Вскоре она вернулась. Врач поднялся на борт «Герл Пат» и протянул Орсборну большой пакет сендвичей с жареной печенкой. «Это Чертов Остров — объяснил он,— французская каторжная колония!».

В нарушение всех правил, англичан встретили очень тепло и разрешили не только сойти на берег, но и ходить где угодно и встречаться с кем угодно. Интересные были встречи и разговоры! Многое поражало на этом острове, охраняемом акулами. Арестанты жили свободно и даже казались счастливыми и довольными. Морякам заявили, что они гости начальника колонии, и откармливали бесплатно; по льготным ценам снабдили продуктами. На третий день идиллической жизни было получено сообщение о скором прибытии на остров почтового парохода. У начальника колонии могли быть неприятности, если в Париже станет известно о визите английского судна и пребывании на острове посторонних. Поэтому, простившись с администрацией и каторжниками, Орсборн и три его друга ночью подняли якорь. Взяли курс на Джорджтаун.

Шли, не спеша, под парусами. От обильной и вкусной пищи быстро восстанавливались   силы,   снова появилась любовь к приключениям. Это были, пожалуй, самые приятные дни путешествия. На пятый день вечером подошли к устью какой-то большой реки. Появился самолет и, покружив над траулером, сбросил записку, в которой просил сообщить, не «Герл Пат» ли это. Получив подтверждение, с самолета сбросили другую записку: «Герл Пат»! Стойте здесь, выйдем на баркасе». Решили ждать утра и бросили якорь.

Ночью подошел небольшой катер с полицейскими. Орсборн разъяснил им, что поскольку судно находится за пределами трехмильной зоны, полиции до до него дела нет, никого на борт траулера он не пустит, а первый, кто сунется, «получит в морду». Полицейский катер явно опасался подходить слишком близко и вскоре ушел, но на утро— это было 19 июня — появилась канонерка «Померон» под британским военным флагом. На ее палубе толпились негры-полицейские с винтовками; на носу и корме были видны пулеметы. Теперь было ясно, что траулер находится вблизи Джорджтауна.

На «Герл Пат» подняли якорь и запустили машину, чтобы идти в порт, однако с подошедшей канонерки потребовали остановиться. Орсборн снова повторил, что никого на свое судно не пустит, и «Герл Пат» пошла полным ходом. Когда «Померон» догонял, Орсборн резко поворачивал свое маленькое и юркое суденышко, неуклюжая канонерка по инерции пролетала далеко вперед, и все начиналось сначала. Такая игра в кошки-мышки продолжалась с полчаса. Канонерка пыталась загнать траулер на мель, но это не удалось. В свою очередь, чтобы проучить преследователей с «Герл Пат» спустили на буйках 200-метровый трос в расчете, что он намотается на винт «Померона». Когда там поняли этот трюк, то пришли в ярость и открыли стрельбу. Пришлось лечь на палубу. Обстрел продолжался несколько минут, после чего разъяренный капитан «Померона» пытался таранить «Герл Пат», но только разбил шлюпку за ее кормой.

Это взбесило Орсборна. Он подошел к «Померону» и разразился отборной руганью по адресу его командира и всей колониальной полиции. Однако горючего оставалось мало, и пришлось вступить в переговоры. Орсборн в рупор прокричал, что пойдет в Джорджтаун при условии, что «Померон» не будет подходить слишком близко. Когда топливо кончилось, он предложил канонерке взять «Герл Пат» на буксир, но ни одного полицейского к себе на палубу не пустил.

Как потом выяснилось, полиция, начитавшись газет, считала, что команда «Герл Пат» состоит из хорошо вооруженных головорезов. Поэтому, когда стало известно о появлении поблизости «пиратского корабля», в Джорджтауне были приняты чрезвычайные меры вплоть до того, что всем судам был запрещен выход в море.

В порту «Герл Пат» приветствовали тысячные толпы народа, а на причале были выстроены шеренги солдат с примкнутыми штыками, и виднелась машина для перевозки арестованных с эскортом конных полицейских. «Забавный конец нашего плавания. Встреча, достойная короля»,—заметил Джим. В сопровождении блестящей свиты из офицеров полиции путешественники проследовали в машину.

Герл Пат у причала
Герл Пат у причала

Однако в полицейском управлении их встретили очень любезно. Им сказали, что они не считаются арестованными, полиция еще будет выяснять, что с ними делать, а пока они могут располагаться, как дома. Для них вызвали парикмахера, принесли каждому новую одежду и легкие туфли, накормили, дали пива и сигарет. Остаток дня полицейские отбивали дружный натиск репортеров. Команда отдыхала, а Орсборна попросили рассказать о плавании «Герл Пат», заверив, что это только для протокола, но не для газет. Потягивая пиво, Орсборн рассказывал о своих приключениях, а полицейский офицер стенографировал. Потом члены команды «Герл Пат» заверили подписями последнюю страницу этой записи и карту, вырванную из ставшего теперь знаменитым атласа.

На другой день четверо путешественников перебрались в гостиницу. В городе их повсюду встречали, как героев. Со всех концов света приходили телеграммы с предложениями купить исключительное право на опубликование истории плавания «Герл Пат». Орсборн подписал контракт с одним американским издательством и уже заказал билеты, чтобы со всей командой вылететь в Нью-Йорк, когда из Лондона все-таки пришел приказ об их аресте. Шкипера и его брата Джима отправили в Англию.

После четырехдневного разбирательства Центральный уголовный суд 22 октября 1936 г. приговорил их «за похищение в британских территориальных водах рыболовного судна «Герл Пат» стоимостью 3600 фунтов стерлингов, принадлежащего   «Марстранд Фишинг компании, одного к 18, а другого к 12 месяцам каторжных работ. Однако оба отделались лишь крупным штрафом, который уплатили из денег, полученных от издательства за книгу об их необычайном путешествии.

Орсборн стал знаменитостью, но ни одна рыболовная фирма не решалась взять его на работу и доверить ему судно. Кончилось дело неожиданно. Один американский миллионер, с интересом следивший по газетам за похождениями «корсаров XX века», а затем прочитавший полное описание плавания «Герл Пат», решил, что лучшего капитана для своей яхты ему не найти.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *